Продолжаем наши приключения в семи морях. Глава первая, глава вторая.
Прежде, чем отправляться ко двору Доброго Короля Сандоваля, команда решила зайти на Букку и высадить, как обещали, айзенских пленников. По дороге мастер-пушкарь Себастьян слёг с лихорадкой, в жару и тяжёлом бреду (он лежал так, пока не было ясно, вернётся ли его игрок, а когда выяснилось, что таки не вернётся, воскрес в обличье NPC). За несколько дней «Красная сельдь» без приключений пересекла Божьи Уста и достигла пиратской цитадели (Тема Букки: Abney Park — The Derelict). После короткой перепалки флажковым семафором на борт поднялся местный лоцман и за приличную мзду провёл судно через лабиринт острых камней.
В гавани стояла дюжина самых разных кораблей, среди которых выделялась два. Огромный чёрно-золотой галеон Sette di Cuori нёс на шёлковых парусах гигантскую семёрку червей. Его капитан Сеттимо Габиани не марал рук морским разбоем. Вместо этого он превратил своё судно в огромный плавучий игорный дом и гастролировал вдоль берегов Тейи от Запретного моря до Торгового, позволяя богатым дамам и господам насладиться изысканным порокам в открытом море, на безопасном расстоянии от родной строны с её утомительно-скучными законами.
Второй корабль, обращавший на себя внимание, выглядел гораздо менее маняще. Скорее, даже отталкивающе. По правде сказать, фрегат Casus Belli всем своим видом кричал: “убирайся, пока цел”. Его капитана звали Адория, и больше, чем её, в открытом море боялись разве что Рейса.
Сойдя на берег, наши герои первым делом увидели небольшую толпу вокруг бочки, а точнее, вокруг стоящего на ней оборванца. Одетый в какие-то тряпки, с горящими глазами, он, агрессивно жестикуляируя, проповедовал. “Что плоть? Это же тюрьма для души. Вот ты, да, ты, в треуголке! Жуёшь ты мясо — думаешь, себя насыщаешь? Нет, ты сам укрепляешь тюрьму, в которой сидишь, и на себя же вешаешь кандалы! Говорю вам, плоть творение Легиона — грязная, тяжёлая, тесная, повисшая на духе. По воле Легиона вы копаетесь в грязи низшего из миров, и радуетесь, когда находите комочек грязи повкуснее. А могли бы парить в высшей сфере, наслаждаться не здешними объедками, а подлинными удовольстаиями, купаться в божественном свете…” Кто-то из пиратов посмеивался над дураком, но кто-то слушал всерьёз. Не задерживаясь, экипаж “Сельди” разошёлся по делам: Хильда с Тьери искать доктора для Себастьяна, а Дитрих — в таверну за инфоррмацией.
За стойкой “Болотной твари” стояло двое: трактирщик Вальдемар Шлёс и сама болотная тварь, зеленовато-бурое кожаное чучело с одним рогом, широко раззявленой зубастой хавалкой, перепончатыми лапищами и какими-то щупальцами в самых неподобающих местах. Вальдемар своё чудище любил и частенько рассказывал, как его ухайдокал — причём каждый раз история звучала иначе. Дитриху он продал карту спрятанных где-то здесь, на болотах Букки, сокровищ (сам бы пошёл, да возраст не тот, охохонюшки) и намекнул, что стоит заглянуть на второй этаж. Последовав совету, Дитрих оказался на безобразной пиратской пьянке. Верховодила здесь Адория — громадного роста и богатырского сложения кастилийка в чёрном, с чёрной повязкой на левом глазу и собранными в длинный конский хвост чёрными волосами (тема Адории: Diablo Swing Orchestra — Ballrog Boogie). Хотя от неё разило, как от дракона, пиратка ни на секунду не теряла ясности мысли и контроля над собой. Она сообщила Дитриху, что собирает флот для крупного дела — набега на монтеньский форт. Дитрих ничего обещать не стал, но приглашение к столу принял, так что на корабль его доставила уже Хильда.
На следующий день герои направились в Сан-Кристобаль. Погода испортилась, небо заволокли тучи, а волны начали приобретать угрожающие размеры. Одного из матросов поймали за какой-то странной молитвой: он сидел с прямой спиной, скрестив ноги и сведя руки. На вопрос капитана матрос ответил, что так молиться его научил проповедник на Букке: дескать, прямая спина, как громоотвод, призывает духовную молнию, вызывающую истинное просветление. Нет-нет, настоящей молнии не будет, будьте спокойны. Капитан ничего предпринимать не стал, лишь пригрозив матросу, чтобы тот не светил своими экзотическими молитвами там, где его могут увидеть инквизиторы. Было не до того: смеркалось, погода всё ухудшалось, а когда стемнело, то за кораблём увязалось какое-то призрочное сияние (тут звучит Nox Arcana — Crossfire ). Оно приближалось, пока не стала различима плывущая вслед за “Сельдью” флотилия тускло светящихся гробов. Они не приближались и не отдалялись и преследовали корабль всю ночь, а с рассветом сгинули. Из ниских туч моросил мелкий дождик. “Красная сельдь” снова вошла в гавань Сан-Кристобаля (тема Сан-Кристобаля: Jesse Cook — Brio).
